Назад в ленту

Телескоп Джеймса Уэбба нащупал границу космического рассвета: галактики облажались уже через 200 млн лет

«Джеймс Уэбб» (он же JWST, он же — главный космический зум нашего поколения) снова уделал все ожидания. На этот раз телескоп полез туда, куда даже «Хаббл» стеснялся совать свои зеркала — в самую гущу «космического рассвета». По данным портала iXBT, астрономы получили данные, которые заставляют переписывать учебники по ранней Вселенной. И нет, речь не про скучные диаграммы — речь про то, что первые галактики, похоже, сами не знали, чего хотели.

Когда Вселенная заскучала

Интрига вот в чём: мультиспектральный обзор JWST охватил около 0,6 квадратного градуса неба — это примерно втрое больше площади полной Луны. Казалось бы, тьфу, а не площадь. Но этих «тьфу» хватило, чтобы увидеть тысячи объектов на красных смещениях, где время считается не миллионами, а первыми сотнями миллионов лет после Большого взрыва.

И тут сюрприз. Оказалось, что темпы формирования галактик начали резко падать уже через 150–200 миллионов лет после точки отсчёта. Как будто Вселенная нажала на газ, разогналась до предела, а потом подумала: «А нафига мне это надо?» — и сбросила скорость. Для космологов это как найти дневник с пометкой «вот тут я понял, что не хочу взрослеть».

Крошки, но с характером

Что ещё показал «Джеймс Уэбб»? Ранние галактики были не просто маленькими — они были лилипутами в мире гигантов. Их размеры составляли всего 60–70 световых лет. Для сравнения: наш Млечный Путь растянулся на 100 тысяч световых лет. То есть эти объекты — как спичечный коробок рядом с небоскрёбом. По сути, это даже не галактики в привычном понимании, а скорее какие-то сверхплотные звёздные скопления.

Но вот парадокс: будучи крошечными, они пылали как доменные печи. Интенсивность звездообразования там была в 20 раз выше, чем в современной галактике. Это как если бы карликовый чихуахуа вдруг начал лаять с мощностью реактивного двигателя. Ранняя Вселенная, видимо, вообще не знала слова «умеренность».

Охота на призраков (звёзд популяции III)

Главная цель всех этих плясок с бубном — найти легендарные звёзды популяции III. Это самые первые светила, которые состояли исключительно из водорода и гелия. Без примеси металлов, без тяжёлых элементов — идеально чистый термоядерный взрыв. Они были чудовищно массивными, жили по космическим меркам мгновение (несколько миллионов лет) и умирали красиво, разбрасывая по космосу весь «мусор», из которого потом слепили нас с вами.

Учёные ищут их несколькими способами: выискивают «химически чистые» галактики без следов кислорода, изучают, как резко падает число звездообразующих галактик с ростом красного смещения, и меряют соотношение кислорода к водороду на разных этапах. Но пока эти ребята ускользают. Возможно, JWST покажет их в следующем году, когда накопит больше статистики.

Ещё один козырь в рукаве — будущие радиотелескопы, вроде Square Kilometer Array (SKA) в Западной Австралии. Они обещают ловить сигналы линии Лайман-альфа (это когда нейтральный водород «кричит» на определённой длине волны) и 21-сантиметровое излучение. Если их запустят и не урежут бюджет — мы сможем буквально «услышать» голос первых звёзд.

Итоги: что нам с этого?

В сухом остатке: «Джеймс Уэбб» подтвердил, что космический рассвет был не просто ярким, а ещё и очень коротким. Галактики формировались бешено, но быстро выдохлись. Теперь задача науки — понять, почему так произошло. Может, кончилось «топливо» из холодного водорода? Может, вмешались первые чёрные дыры? Ответы на эти вопросы не просто удовлетворят наше любопытство — они расскажут, откуда вообще взялись химические элементы, необходимые для возникновения планет и, в конечном счёте, жизни.

Так что следим за новостями от NASA и ESA. «Уэбб» только разминается — впереди ещё годы наблюдений, и, возможно, именно завтрашний снимок покажет нам того самого «первого светлячка» Вселенной.