Почему Samsung рискует потерять контроль над дисплеями флагманов: кризис памяти меняет правила игры
Ночью Samsung Electronics обнародовала прогноз операционной прибыли за второй квартал 2026 года. И там цифры, от которых голова идет кругом: от 89,3 до 89,5 трлн вон — это примерно $58,4 млрд. Прогнозы у них обычно либо сбываются в ноль, либо отличаются на сумму, которую можно смело округлить. Суть от этого не меняется.
А суть вот в чем: операционка за один только второй квартал 2026 года переплюнула суммарную прибыль за 2023, 2024 и 2025 годы вместе взятые — тогда компания заработала 82,9 трлн вон. Вдумайтесь: три месяца 2026-го принесли Samsung Electronics больше, чем три предыдущих календарных года. Целиком.
Небольшая оговорка: итоговая сумма в долларах за те три года оказалась чуть выше — $59,4 млрд. Но это просто из-за того, что южнокорейская вона подешевела к доллару на 12,7% с января 2023 по декабрь 2025 года.
Причина такого феноменального квартала банальна до зубного скрежета — кризис памяти. Он приносит Samsung Electronics от заказов OpenAI и их коллег по AI-цеху такие триллионы вон, что бухгалтеры уже сбились со счета. Главный бенефициар — Samsung Device Solutions (SDS), подразделение, которое как раз и штампует эту самую память.
Помощь утопающим
Но глядя на эти цены и проблемы Samsung Device eXperience (SDX), которая клепает смартфоны, логично спросить: а почему бы просто не помочь убыточному подразделению за счет сверхприбыльного? С точки зрения бизнеса это идиотизм: пока SDS будет гнать дешевую память для SDX, она потеряет сверхприбыль, потому что не сможет закрыть все заказы AI-индустрии. Нет заказов — нет рекордов, где один квартал весит больше, чем три предыдущих года вместе.
Расширение производства тоже идет полным ходом, но Samsung Electronics новые мощности заточит не на потребительский рынок, а на ту же AI-индустрию. Почему? Деньги, денежки, ДЕНЬЖИЩА. Тут надо понимать структуру: Device Solutions и Device eXperience — подразделения одной компании. Между ними нет реальных платежей. Просто есть заказы, которые для удобства бухгалтерии записывают в расходы одного и доходы другого. Эти бумажные сделки уходят в итоговые отчеты, и рынок видит, что приносит доход, а что — расход.
Это нормальная практика. В рамках нее можно перекинуть ресурсы с убыточных секторов на прибыльные, распределить заказы, взвешивая на весах незначительную по нынешним меркам прибыль от смартфонов и потенциальные потери от невыполненных заказов AI-индустрии.
В итоге компания просто прикидывает, на сколько взвинтить цены на будущие «Фолды», чтобы мобильное подразделение потеряло по итогам квартала или года минимум денег.
Приколы с дисплеями
Кстати, структура группы Samsung Group показывает, почему в будущих флагманах Galaxy могут появиться дисплеи китайских вендоров. Samsung Electronics и Samsung Display юридически — разные компании с 2012 года. С тех пор мобильное подразделение или производитель телевизоров вынуждены выходить на открытый рынок с заявкой: нам нужны экраны с такими параметрами за такую цену.
Раньше на эти запросы почти всегда отвечала Samsung Display. Она проходила по всем требованиям, торги выигрывала, контракты подписывались, и Samsung Electronics переводила реальные деньги на счёт Samsung Display. У контролирующих органов — ноль вопросов. Красота.
Но теперь мобильное подразделение вынуждено экономить. Память за один только 2025 год подорожала в 3,5 раза. И за последующие полгода рост не остановился. Поэтому запрос рынку теперь выглядит так: нам нужен дисплей с такими-то характеристиками, но денег у нас — кот наплакал. И тут на помощь может прийти китайская BOE. Слухи о том, что именно она станет основным поставщиком дисплеев для некоторых Galaxy S27, гуляют уже месяц.
За Samsung Display можно не бояться — у них есть Apple, гигантский закупщик флагманских панелей, без которого этой самой Samsung Display просто не было бы.
Страх
В комментариях к новостям о проблемах на фоне кризиса памяти я постоянно вижу один вопрос: почему никто не может построить свои заводы и штамповать память для смартфонов, ПК, консолей и ТВ-приставок?
Нельзя просто так взять и захотеть производить память. Нужны чудовищные вложения в технологии — которые надо либо разработать, либо купить. Бесплатно оно не падает. А Samsung Device Solutions, как мы видим, очень любит считать деньги. Еще нужны вложения в само производство — высокотехнологичное, дорогущее, которое рынок потребительской электроники сам по себе будет окупать годами. Плюс R&D — и это тоже астрономические суммы.
Самый простой и быстрый способ отбить затраты — выпускать HBM-память для AI-индустрии. Ох, как соблазнительно пойти по этому замкнутому кругу!
Но решиться на вложения сложно. Потому что ИИ-лихорадка подозрительно сильно смахивает на пузырь. Причины очевидны:
- Этой индустрии еще три года назад не существовало.
- Инвестиции в нее не соотносятся с ростом реальной экономики.
- Хайп зашкаливает: добавь к названию «ИИ» — и акции взлетают.
- К середине 2026 года многие компании уже разочаровались в ИИ и откатывают прежние решения.
Но есть и другая причина страха. И она гораздо весомее.
Другой кризис памяти
Чтобы понять эту причину, надо совершить два прыжка во времени. Сначала — в 2023 год. Тогда операционная прибыль Samsung Electronics составила жалкие 6,57 трлн вон ($4,9 млрд). И виноват снова кризис памяти, только совсем другой.
Теперь прыгаем в ковидные 2020–2022 годы. Рынку нужно было всё: смартфоны, ноутбуки, планшеты, телевизоры. Люди сидели дома, развлекали себя как могли и скупали всё, что помогает отвлечься. А для этого всего нужна память.
Три гиганта — Samsung, SK hynix и Micron — два года наращивали производство. Но во второй половине 2022-го ковидный бум сходит на нет. Память в таких объёмах больше не нужна. Цены падают до копеек — предложение дико превышает спрос.
Но огромная Samsung Electronics — штука инертная. И, несмотря на перенасыщение, она еще полгода считает, что со спросом всё в порядке, и продолжает пихать на рынок ненужную память. Плюс обязательные инвестиции в развитие — конкуренция же. Итог — счастье, что Samsung Electronics вообще показала хоть какую-то прибыль. Device Solutions тянула компанию на дно многотриллионными операционными убытками. Спасались только за счет мобильного подразделения, дисплеев и инвестиций в другие компании группы.
Тот кризись очень сильно пугает инвесторов. Они видят в нынешних сверхприбылях временную удачу. ИИ-лихорадка может спасть, спрос на память просядет. И это оптимистичный прогноз! Есть хуже: пузырь лопается, и мир накрывает глобальный экономический кризис, страшнее кризисов 1997–1998 и 2008 годов вместе взятых.
Поэтому производителям памяти остается только надеяться на потребительский рынок. Но важно не переоценить его значение. У NVIDIA, например, доля доходов от консьюмерских видеокарт сейчас — 8%. Остальные 92% дает b2b-сектор. Чувствуете? b2c-сектор никогда не сможет сам окупить инвестиции на фоне ИИ-лихорадки.
Та же картина у Samsung Device Solutions, SK hynix и Micron: потребительский рынок для них ничтожно мал. Был, есть и будет. Мы, обычные пользователи, спасти этих производителей своими силами не сможем. Получается, они нужны нам гораздо больше, чем мы им.
На сладкое
Я начал этот текст с рекордных результатов. Операционная прибыль за второй квартал 2026 года выросла в 19 раз по сравнению с тем же кварталом 2025-го. Это даже выше прогнозов аналитиков, предрекавших 18-кратный рост. Если это не победа, то что?
Но как отреагировал рынок на эту новость об успехах Samsung? Падением акций компании на 4,21% на момент написания текста.
Кто-нибудь объясните мне, что нужно акционерам, чтобы не продавать, а скупать акции?