Некоммерческий фонд OpenAI финансирует создание научных датасетов, чтобы модели научились разбираться в разработке лекарств.
Биотехнологии упираются не в отсутствие идей, а в нехватку данных. Это признают даже те, кто ещё вчера верил, что достаточно скормить модели пару учебников по фармакологии. Фонд OpenAI Foundation объявил о запуске программы Data for Public Health. Её цель — профинансировать создание качественных научных наборов данных, без которых искусственный интеллект в медицине остаётся красивой игрушкой с амбициями.
Идея простая: пока исследователи не накормят модели реальными наблюдениями, никаких прорывов в лечении болезней не будет. Данные — главное узкое место. Об этом прямо говорит Морган Левин, бывший вице-президент по вычислениям в компании Altos Labs, которая занимается вопросами долголетия.
Архивы банкротов как источник знаний
Всё началось с поста аналитика по политике клинических исследований Руксандры Тесло. Она предложила использовать данные обанкротившихся биотех-компаний. Покупая документы на процедурах банкротства, можно получить регуляторные заявки, стратегии производства и данные о безопасности. Обычно это держат под замком как ценную коммерческую тайну. Тесло назвала такие бумаги «потерянным архивом биотеха».
Фонд OpenAI выделил на эту затею $500 тысяч. Реализацией займётся 1Day Sooner — группа, представляющая интересы добровольцев в клинических испытаниях. Президент и соучредитель организации Джош Моррисон уверен: неисключительные копии датасетов компаний можно приобрести всего за «несколько десятков тысяч долларов» каждая. У 1Day Sooner уже три набора данных. Два из них передала Lumen Bioscience — биотех-компания, которая раньше сама использовала процедуру банкротства, чтобы изучить разработки конкурента.
Две другие попытки получить файлы фармкомпаний в этом году провалились: ставки 1Day Sooner не приняли. Но если схема заработает, банкротства могут стать новым способом добычи данных для обучения ИИ. В прошлом месяце Google выиграл аукцион на корпоративные данные обанкротившейся авиакомпании Spirit Airlines, включая 100 миллионов писем. Это вызвало недовольство бортпроводников и других людей, которые испугались утечки частной или служебной информации.
Что именно покупают и зачем
Файлы фармкомпаний, которые ищет 1Day Sooner, называются общими техническими документами. В них входит переписка между компаниями и регуляторами, детальные научные и медицинские измерения. По сути, это всё, что известно о препарате. Тесло считает, что накопление таких документов может превратить ИИ в эксперта по регуляторике. А это, по её мнению, один из главных способов ускорить выход лекарств на рынок.
«Люди говорят: мы изобретём ИИ, и ИИ вылечит рак. Но это очень далеко от грязной реальности и регуляторного процесса», — говорит Тесло. Она отмечает, что около 70% денег и времени в разработке лекарств уходит на клиническую фазу — организацию испытаний и проверку препарата. При этом процесс остаётся чёрным ящиком, особенно для небольших биотех-компаний, которые и создают инновации.
Деньги, риски и туманные обещания
OpenAI начиналась как некоммерческая организация, но её руководитель Сэм Альтман выделил персонал в коммерческую корпорацию, которая разрабатывает новые модели, запускает продукты и готовится к первичному размещению акций. Потенциальная оценка — $1 трлн. Фонд при этом владеет 26% акций OpenAI, так что со временем может стать самой богатой благотворительной организацией планеты с пакетом на $250 млрд. Для сравнения: Фонд Гейтса и связанный с ним траст на конец 2025 года располагали примерно $180 млрд.
Распоряжаться такими деньгами непросто. Фонд из Сан-Франциско всё ещё набирает людей на ключевые должности и только в этом году начал наращивать выдачу грантов. Самый крупный единичный подарок — $100 млн — ушёл в августе организации Common Health Coalition, которая помогает пациентам получать доступ к лекарствам от гепатита C. К концу года фонд надеется раздать $1 млрд.
Всё это происходит на фоне апокалиптических страхов. Внутри AI-компаний некоторые всерьёз говорят о том, что неконтролируемый искусственный интеллект может уничтожить человечество. Называют даже вероятность вымирания в 10% и выше в ближайшее десятилетие. На прошлой неделе Сэм Альтман и основатель xAI Илон Маск поддержали призыв главы Anthropic Дарио Амодеи «замедлить темпы улучшения возможностей AI-моделей», чтобы риск-менеджмент успел догнать технологии.
Джейкоб Трефетен, руководитель фонда, утверждает, что структура работает отдельно от OpenAI, но разделяет официальную миссию — гарантировать, что искусственный интеллект принесёт пользу всему человечеству. По его словам, фонд финансирует внешние некоммерческие организации и исследовательские институты, когда это лучший способ достичь цели. В экосистеме OpenAI ChatGPT и OpenAI GPT давно стали символами генеративного ИИ, но для медицины нужны не чаты, а датасеты.
Идея проста: без качественных научных датасетов даже самые продвинутые модели останутся в стороне от настоящей медицины. Но если фонд действительно раздаст миллиарды, биотехнологии могут получить не только деньги, но и новый способ смотреть на неудачи. Банкротства, провалы и закрытые архивы внезапно становятся сырьём для ИИ. Звучит прагматично. Но в фарме всё всегда упиралось в данные, а не в красивые презентации.
Фонд только разгоняется. Посмотрим, превратится ли этот поток грантов в реальные лекарства или останется очередной историей про то, как большие деньги красиво перетекают в отчёты. Мы будем следить за новыми грантами и рассказами о том, какие архивы удалось выкупить.