Разбираем, почему персонаж Джулии Луи-Дрейфус потускнел в последних двух сезонах — и при чём тут уход шоураннера.
Сайнфелд 1989: как сериал обрел свою главную героиню
Когда пилотный эпизод «Сайнфелда» (КП: 7.9⭐, IMDB: 8.9⭐) с трудом пробил себе дорогу в эфир, NBC выкатил создателям Ларри Дэвиду и Джерри Сайнфелду железобетонное условие: в постоянный актерский состав нужна женщина. И надо же — этот ультиматум сработал как та самая пословица про разбитые часы, которые дважды в сутки показывают верное время. Так на свет появилась Элейн Бенес в исполнении Джулии Луи-Дрейфус — персонаж, без которого «Сайнфелд» просто немыслим на протяжении семи из девяти сезонов. «Она придает сериалу блеск», — говорил Сайнфелд об актрисе и ее героине, ссылаясь на слова Дэвида, сказанные еще во время съемок. В ранние и средние годы шоу Элейн служила этаким внешне чопорным и элегантным противовесом трем мужланам-друзьям. Но этот блеск — и сам контраст — начал тускнеть после ухода Ларри Дэвида.
Элейн в ранних сезонах «Сайнфелда»: совсем другой персонаж
На заре сериала роль Элейн сводилась к простому «девочка на подхвате». Нет, комического материала ей не жалели, но как бывшая девушка Джерри, ставшая приятелем, она частенько оказывалась просто попутчицей в бессмысленных вылазках своего платонического бойфренда или тем персонажем, который смеется над саркастичными замечаниями Джерри о мире. Персонаж (к явному разочарованию Луи-Дрейфус) развивался несколько сезонов, но в итоге обрел собственное твердое лицо.
В ранних сезонах Элейн громко выступала против натурального меха и тунца, выловленного небезопасным для дельфинов способом, и терпеть не могла тех, кто не сортирует мусор. Ее потенциальные отношения с легендой бейсбола Китом Эрнандесом разбились о его привычку курить. Именно Элейн первой вызвалась помогать пенсионерам в эпизоде «Старик» (и потом не закрывала рта, как это ее облагораживает). Она гордилась тем, что была «шафером» на лесбийской свадьбе, заседала в благотворительном комитете и даже уговорила Джерри, а потом и Крамера (Майкл Ричардс) участвовать в благотворительном аукционе холостяков. Рядом с хипстерским придурком, вечным неудачником и комиком, глухим к сантиментам, Элейн казалась воплощением элегантности и ответственности — идеальный «прогрессивный нью-йоркский» типаж. Вот только это впечатление неизбежно разбивалось вдребезги, едва начинались события очередной серии.
Элейн превращается в совершенно другого персонажа в поздних сезонах «Сайнфелда»
Без сомнения, Элейн доказала, что она такая же невротичка и эгоистка, как и трое парней. Её благотворительные начинания разваливались — иногда из-за тех же благих намерений faux pas (ложных шагов), что подводили Джорджа (Джейсон Александер), но чаще из-за её собственной поверхностности. Помните ту волонтёрскую работу в серии «Старик»? В теории всё звучало отлично, но как, чёрт возьми, Элейн могла терпеть женщину с огромным зобом на шее? Эта озабоченность внешностью отравляла и личную жизнь: она как-то призналась Джерри, что просто не способна встречаться с непривлекательными мужчинами. И сколько бы она ни закатывала глаза на жалкие отговорки Джерри и Джорджа, чтобы слиться с отношений, у самой Элейн было полно капризов и проблем с характером, которые портили её свидания даже без придирок к внешности. Элейн была импульсивна и вспыльчива — гремучая смесь, подарившая нам такие комедийные жемчужины, как кража всей туалетной бумаги из женской туалета в отместку или срывание парика с головы Джорджа и выбрасывание его в окно.
Такая характеристика Элейн, поданная как само собой разумеющаяся, создавала прочную и привлекательную динамику внутри основного квартета: пока трое носили свои недостатки на рукаве (или хотя бы не могли притворяться иначе), она сохраняла внешний лоск приличной светской дамы, который держался ровно настолько, чтобы его смыв превращался в фееричный фарс. Контраст усиливался актёрскими решениями Луи-Дрейфус. В ранних сезонах Элейн была жизнерадостной, энергичной, игривой и милой с друзьями, а на публике — приятной... пока её неврозы не брали верх. Это была не позёрка, а человек, искренне верящий, что он хороший, и поэтому от серии к серии она правдоподобно не замечала, что ничем не лучше Джерри, Джорджа и Крамера. В контексте сайнфелд сериал этот контраст работал безотказно.
Почти всё это исчезло к финалу. В поздних сезонах, особенно в восьмом и девятом, Элейн стала совершенно другой женщиной — настолько, что в моих ранних воспоминаниях о просмотре я сомневался, та ли актриса её играет. В эти годы Элейн сбросила винтажные костюмы, огромные белые носки и причёску с полуподнятыми волосами. Ретро ушло, в моду вошли распущенные локоны и современные деловые костюмы. Но, обретя шик девяностых, она потеряла всякое подобие гражданской ответственности. Никакой заботы о переработке, никаких попыток благотворительности, никакого жизнерадостного поведения. Вместо этого появилась откровенно циничная и озлобленная личность. Несмотря на получение должности редактора в компании J. Peterman (и даже временное руководство), Элейн была несчастна на работе и в личной жизни. Она наконец завязала долгосрочные отношения с Дэвидом Падди (Патрик Уорбертон), но особо его не жаловала и открыто выражала презрение к своим друзьям.
В какой-то мере это была естественная эволюция — пожалуй, все, кроме Крамера, становились эгоистичнее и несчастнее по ходу сериала. Но отчасти это стало следствием ухода Ларри Дэвида после седьмого сезона. Комментируя на DVD эпизод «Биззаро Джерри» из восьмого сезона, сценарист Дэвид Мэндел признал: «Если присмотреться к тому, как мы писали Элейн после ухода Ларри, чувствуется, что она постоянно пыталась заглянуть за горизонт». Эта идея — поиск выхода из четвёрки — создала новый контраст между ней и парнями. При всей их жалкости они более или менее были довольны своим положением, а Элейн — нет. И когда «Сайнфелд» в последних двух сезонах свернул в сторону более сюрреалистичной физической комедии, цинизм Элейн привнёс в этот период острую, язвительную ноту. Так что, вспоминая сайнфелд сериал 1989 года, можно проследить, как персонаж прошёл путь от наивной оптимистки до законченной цинички.
Элейн потускнела после ухода Ларри Дэвида из «Сайнфелда»
Расплата за эту трансформацию — потеря внутреннего контраста. К восьмому сезону у Элейн не осталось самооценки, которую можно было бы проткнуть: она прекрасно осознавала, что несчастна, и, похоже, понимала — хорошим человеком её не назвать. В серии «The Chicken Roaster» она без тени сомнения использует служебный счёт Петермана как личную кредитку. Такое развитие персонажа привело к дубляжу среди главных героев. В шоу уже был вечно недовольный офисный работник, чувствующий себя обманутым жизнью — Джордж. И уже был отстранённый циник, готовый приложить любого, — Джерри. Элейн, к счастью, не стали клонировать под Крамера, но, растворившись в двух других, она потеряла почти всё, что делало её уникальной, кроме пола.
Жажда побега — слишком слабая замена утраченной глубине. Разочарование Элейн в жизни было настолько сильным, что зрителю трудно поверить, почему она вообще не сбежала от всей этой компании. В одиночку она могла бы страдать от неврозов и саморазрушительных решений, но зачем ей каждый раз возвращаться к Джерри, чтобы влипать в истории с тремя придурками, от которых она мечтала избавиться? «Seinfeld» не первый и не последний ситком, который в поздних сезонах начал расшатывать групповую динамику, и я ещё не видел шоу, где подобное стремление не подкосило бы саму идею, почему эта компания вообще держится вместе. Учитывая, насколько далеко зашли с Элейн, остаётся только удивляться таланту сценаристов — они сумели не разрушить до основания правдоподобие этого квартета.
Не сказать, что эти перемены не дали ничего хорошего. «The Bizarro Jerry» — один из лучших эпизодов за всю историю «Сайнфелда», и то, как Элейн ухватилась за шанс обрести новый круг общения, стало отличной разовой историей. Все помнят позднюю Элейн по эпизоду «The Little Kicks», но на самом деле ещё смешнее в этой серии то, как она неверно оценивает влияние Джорджа на своих сотрудников, как изобретательно оскорбляет его, пытаясь отвадить, и как в итоге ввязывается в потасовку с отцом Джорджа, Фрэнком (Джерри Стиллер), прямо в полицейском участке. Да, для отдельных эпизодов такая Элейн срабатывала, но она потеряла ту устойчивую характерность и внешний блеск, которые ранняя версия персонажа дарила сериалу.
«Сайнфелд»
Интересный факт: Название каждого эпизода, кроме двух («Male Unbonding» и «Highlights of a Hundred»), в оригинале начинается со слова «The».
«Сайнфелд»
Интересный факт: Название каждого эпизода, кроме двух («Male Unbonding» и «Highlights of a Hundred»), в оригинале начинается со слова «The».